Ирина Ромалийская

Журналистка “Громадське радио”.

Алексей Голубков

Журналист, интерн “Дома Свободной России”

Суд над Януковичем: накануне “последнего слова”

Заканчивается суд над экс-президентом Украины Виктором Януковичем, обвиняемым в государственной измене. 19 ноября состоится заседание, на котором подсудимый (правда, находящийся в России) получит право на последнее слово. Более года за процессом следила журналистка Ирина Ромалийская. «Дом свободной России» поговорил с ней о самых интересных моментах этого дела.

– Вы следите за судом над Януковичем. Расскажите немного о нем. На какой он сейчас стадии?

– Процесс идет в Оболонском суде Киева, коллегию из трех судей возглавляет Владислав Девятко. Сейчас уже завершающая стадия. Ранее допросили свидетелей, исследовали доказательства – ответы из разных ведомств, видеодокументы, интервью… Затем начались дебатные речи – их читают с каждой стороны прокуроры и адвокаты. На прошлом заседании Девятко прервал выступление адвоката Александра Байдыка. И на 19 ноября назначено последнее слово обвиняемого. После этого суд удалится в совещательную комнату.

– То есть, дебатную речь дочитывать не будут?

– Судья сказал, что усматривает в выступлениях адвокатов целенаправленное затягивание процесса и потому прерывает дебаты.

– Как Вы считаете, защита Януковича действительно хочет затянуть процесс?

– Сначала дело очень динамично слушалось, заседания назначались по 2-3 в неделю. Я не люблю давать оценки в данных случаях, но на этапе же дебатных речей защиты действительно стало видно, что идет затягивание.

Сначала свою речь прочитал государственный адвокат Юрий Рябовол. Кроме этого, у Януковича есть еще два адвоката по договору, вошедших в дело совсем недавно. Первый из них, Александр Горошинский, обещал, что уложится со своей речью в два-три дня, но читал ее пять дней. Байдык обещал читать речь четыре дня, а растянулось это дней на семь. При этом, он две недели не приходил, затем уехал к Януковичу, затем продолжил читать речь. Местами адвокаты просто перечитывали свидетельские показания, не имеющие никакого отношения к выводам, сделанным в дебатах.

А ранее у Януковича было еще четыре адвоката из объединения Aver Lex, которое занимается сейчас всеми его делами (их несколько). Два месяца назад они заявили, что в силу занятости выходят из процесса, но сделали это не в суде, а лишь перед прессой. И теоретически каждый из них тоже может читать дебатную речь.

– А зачем им затягивать дело?

– Может быть, они хотят дотянуть до выборов с расчетом на то, что с новым президентом можно будет договориться. Но суд находится на том этапе, когда его сложно дотянуть до этого момента. Другое дело, что в стране идет судебная реформа, в ходе которой районные суды будут объединяться в более крупные окружные. И если Оболонский суд перестанет существовать, то все его дела начнут слушаться сначала. Тогда это действительно может затянуться до выборов.

– Давал ли Янукович показания в этом процессе?

– Нет. Здесь существует давний юридический спор. Янукович сейчас находится в России, с которой у Украины есть договор о международной правовой помощи. То есть, можно обратиться к российскому суду, чтобы провести допрос: в этом случае, суд удостоверяет личность и использует специальную лицензированную видеосвязь. И только такие показания будут иметь юридическую силу. Именно таким образом Янукович выступал из суда в Ростове свидетелем по делу «беркутовцев», которых судят за расстрелы на Майдане.

Но сейчас суд отказался обращаться в Россию за правовой помощью. Это объяснили тем, что если обвиняемый совершал государственную измену, то сделал это в пользу России, которая, таким образом, является заинтересованной стороной. Януковичу предложили участвовать в суде любым доступным ему способом: по скайпу или другому средству связи. Он и его адвокаты выступили против, поскольку показания, данные таким образом не будут иметь юридической силы и, например, могут не учитываться при апелляции. В результате, Януковича мы в суде не видели.

– Но, в таком случае, и последнего слова тоже не будет?

– Возможно, 19 ноября мы всё-таки увидим Виктора Федоровича на экране. Если бы я была его технологом, то советовала бы использовать данную площадку для заявлений, поскольку при последнем слове выступающему уже нельзя задавать никаких вопросов.

– Януковича судят за госизмену. А в чем конкретно она заключается?

– Собственно, обвинение в основном строится на одном письме Януковича к Путину с просьбой «использовать вооруженные силы Российской Федерации для восстановления законности, мира, правопорядка, стабильности и защиты населения Украины». Его показывал 3 марта 2014 г. на заседании Совета Безопасности ООН постпред России Виталий Чуркин. Но нынешняя версия защиты об этом письме выглядит очень смешно.

– А что утверждает защита?

Чуркин показывал короткий текст из двух абзацев. И очень долго адвокаты отталкивались только от этого документа: например, говорили, что формулировка «использовать вооруженные силы Российской Федерации на территории Украины» не означает «ввести их», поскольку данный глагол там отсутствует.

А спустя четыре года, 2 марта 2018 г. Янукович созывает пресс-конференцию в Москве, я на нее ездила. И там он утверждает, что, оказывается, писал Путину большое письмо, где призывал начать консультации, сесть за стол переговоров и т.д. Затем он якобы пишет, что если с этим ничего не получится, то есть еще возможность использовать войска, и на этот случай вот вам мое обращение. Собственно это обращение, которое показывал Чуркин, как утверждается, было лишь приложением к этому «большому миролюбивому письму», как я его называю. Также Янукович заявил, что писал к представителям Франции, Германии и Польши, выступавшим гарантами соглашения с оппозицией, которая в дальнейшем его нарушила; и только когда он не получил ответа, то написал Путину.

Всё это выглядит сильно неправдоподобно. За четыре года никто из европейских политиков не упоминал о письмах Януковича к западным странам – а теоретически такие вещи должны иметь входящий номер.

И главный неудобный вопрос: почему Вы четыре года скрывали, что писали не маленькое воинствующее письмо с просьбой ввести войска, а большое миролюбивое? Четыре года Вас считали человеком, призывавшим иностранные войска на территорию собственной страны – и все четыре года вы позволяли думать, что так оно и есть?

– А может ли теоретически законный президент Украины, если в стране происходит нечто, законом не предусмотренное, обратиться за помощью к иностранному государству?

Насколько я знаю, нет. Этим правом обладает только Верховная Рада Украины. А она на тот момент констатировала, что Янукович самоустранился, и большинством голосов был избран новый глава парламента, который стал и.о. президента. У нас нет процедуры импичмента – в Конституции прописано, что президент утрачивает полномочия в случае смерти, болезни, отставки и т.д. Но там не предусмотрен случай, когда он убегает. Конечно, это юридический «ляп» в современной истории Украины. Но замечу, что после этого были проведены президентские выборы, к результатам которых ни у кого нет претензий.

– Есть ли в этом процессе еще что-нибудь необычное?

– В современном мире вообще можно по пальцам пересчитать случаи, когда главу государства судили бы за госизмену. А в данном случае – он еще и находится на территории государства, войска которого он призвал в собственную страну. Практика заочных судов вообще нова для Украины.

Еще этот процесс интересен явлением политической адвокатуры – когда мы видим, как адвокаты не просто защищают интересы клиента, а фактически начинают думать, как клиент, говорить, как клиент, и полностью ассоциировать себя с ним – фактически тоже становясь политическими игроками.

– Если приговор будет обвинительным, то Россия по договору о правовой помощи обязана выдать Януковича Украине?

– Теоретически, да. Но мы же понимаем, что на данном этапе истории это звучит смешно. Может быть, об этом можно будет говорить, когда в самой России произойдут тектонические сдвиги. Пока же Янукович, насколько понимаю, не покидает территорию своей новой родины – или тюрьмы, это как посмотреть – поскольку все цивилизованные страны должны будут экстрадировать его в Украину. Его адвокаты, конечно, говорят обратное, что он может ездить и даже ездит, но куда именно – не говорят.

– Тогда ради чего вообще этот процесс?

– Не люблю пафосные слова, но наверное, ради какой-то исторической справедливости.

Получайте свежую аналитику, мнения и анонсы всех наших мероприятий в Telegram: https://t.me/freerussiahouse. Смотрите наш канал на Youtube: www.youtube.com/channel/UChL36NOZdlNiDuXHfc-SQLA.

130