Александр Морозов

Политолог, публицист

Путинизм в Европе поднялся на следующий уровень развращающего влияния

26 октября в гостях у Дома побывал российский политолог и публицист Александр Морозов, с которым мы обсудили, куда дрейфует Европа и где место России и Украины в этом процессе.

В дискуссии мы отдельно остановились на влиянии Кремлевского режима в Европе, поговорили о санкциях и их теневом контрабандном обслуживании, о разнице холодной войны 20 и 21 веков, о России в роли Венецианской Республики и о том, возможна ли борьба с путинским режимом институциональными способами.

Основная проблема дискуссии о влиянии Кремля в Европе заключается в том, что режим Путина располагает  условным «глобаллиардом» долларов, или неустановленным объёмом ресурсов, который прогревает европейскую политику и экономику чрезвычайно сложным образом. Это происходит даже не через проникновение отдельных российских компаний на конкретные рынки. Если взять пример Чехии, мы увидим, что российские компании в значительной степени ушли после санкций. «Лукойл» продал все свои бензоколонки. Сотрудничество с «Лукойлом» является токсичным – это понимает и сам «Лукойл», именно поэтому он так спокойно покинул страну. Или другой пример: купив авиационные заводы Чехии, российский олигарх Махмудов был вынужден начать процесс их эвакуации, при этом начались профсоюзные бунты и правительство Чехии сказало ему, что сделать это будет невозможно.

Все, кто занимался покупкой и продажей недвижимости в Чехии со стороны российского среднего звена, олигархов и каких-то мелких государственных чиновников в Карловых Варах, – все из них прижали уши под санкциями. Никто не хочет становиться объектом подробного внимания, финансовых разведок и служб безопасности стран Европы. Они очень хотят, чтобы все вернулось в состояние до 2014 года. «Мы здесь работаем, живем, да, применяем коррупционные схемы, но наши партнеры тоже их любят, однако главное, чтобы никто из нас не оказался под колпаком специальных служб, которые занимаются теперь уже нами не как коррупционерами, а как проблемой национальной безопасности этих стран». Это радиальный момент.

Отношение на многих уровнях в значительной степени меняется. К примеру, Залдостанова (одиозного лидера российского байкерского клуба “Ночные волки” – прим. Дома) лишили возможности въехать в Чехию. В этом году пражская мэрия запретила «Ночным волкам» провести свою традиционную нелепую поездку кольцом по Вацлавской площади. Иное событие – кремлевский пропагандист Модест Колеров собирался выступать в Праге к столетию Октябрьской революции. Однако впоследствии выяснилось, что и он не сможет приехать. Каждый из этих людей пытается проломить стенку за счет культурного события, не имеющего подрывного смысла.

Тем не менее, сокращение ресурсов условных «Ночных волков» и Колерова, раздражающих журналистов, не влияет на гораздо более тяжелую проблему. Европейский политический истеблишмент теряется в мучительных раздумьях: американская политика слишком резка, не ясно, что делать с русскими и санкциями, возможно, стоит подталкивать Путина, чтобы он сам «вышел из-за стола», или искать другие пути решения проблем. Все эти мучения обусловлены тем, что масштабы контрабандного обслуживания санкций – это колоссальная экономия, в которую втянуты десятки и сотни миллионов людей.

Признавая, что санкции являются эффективным оружием, важно, тем не менее, понимать, что они имеют чрезвычайно опасную сторону для Европы. Они создают еще более, в каком-то смысле слова, криминальную ситуацию внутри самого ЕС. Потому что одно дело, когда люди сотрудничали с российским бизнесом до 2014 года и получали бонусы от российских компаний. Эти бонусы мало чем отличались от их обычных годовых бонусов внутри здоровых экономических отношений. А другое дело, когда эти люди осознают, что они участвуют в специальной части экономики по обходу санкций, по продаже немецких запчастей, но не напрямую, а через, например, Сингапур. Они должны себе говорить, что ничего страшного не происходит, что это нормальный бизнес, к которому нужно адаптироваться. А он, на самом деле, не нормальный.

Таким образом получается, что «путинизм» как бы поднялся на следующий уровень разврата и развращающего влияния. Одно дело развращающее влияние в рамках старого сотрудничества со Шредором, который просто поддерживает определенные экономические интересы, которые можно интерпретировать как вполне разумные и законные. А другое дело, когда вскрываются турбины Siemens в Крыму.

Должна ли быть идеологическая составляющая в борьбе с «путинизмом»?

Невозможно никакими публичными институциональными средствами вести войну со структурой, которая напоминает Венецианскую Республику конца Средневековья, другими словами структурой, которая целиком действует неинституциональными средствами. Весь ее банкинг связан со шпионажем, а весь ее шпионаж является частью банкинга. Нет никакой границы между плащом и кинжалом. В этом отношении, и это очень тяжелый и печальный вывод, очевидно, что адекватный ответ может быть только неинституциональным. Это ведет нас к новому этапу холодной войны и в конечном счете должно перевести всю ситуацию в так называемую войну разведок.

Хорошего в этом мало, безусловно, потому что эта война глобального характера. При этом, нет никакого сомнения, что путинисты и спецслужбы, в отличие от второй половины 70-х, сейчас убеждены, что они в состоянии одержать победу в этой войне. В этом заключена существенная новизна ситуации. Конечно, и в 60-ые, и в начале 70-х годов существовала публичная борьба двух систем, она носила риторический характер, но на этаж ниже всегда шла существенная неинституциональная борьба – борьба за перехваты различных технических кодов и доступов, за военно-промышленные секреты, за покупку политических деятелей, за создание различного рода систем провокаций внутри других государств, поддержки экстремистов и красных бригад. Это все сейчас начинает появляться вновь. Что же произойдет, если оно вернется?

Как правило, все эксперты склоняются к тому, что та ситуация заключалась в том, что обе стороны исходили из паритета, т.е. та война была не с нулевой суммой и присутствовала идеологическая составляющая. Сегодня же вообще не ясно, почему путинское силовое крыло не должно считать, что оно не одержит победы. У них есть Сноуден, который сидит в эквадорском посольстве. Русские хакеры капитализированы. Сейчас в Москве принято говорить, что нет ничего лучше, чем быть русским хакером, т.к. тебя сразу берут на любую работу мира. В резюме это автоматически добавляет €5000 к зарплате.

На уровне сугубо риторической и институциональной войны, т.е. на уровне резолюций Европарламента или на уровне 115-го заявления Госдепа ничего не будет происходить в этой сфере. А вот на уровне неинституциональной войны это затронет жизни очень многих людей. Как говорится, «и вот британская разведка на всех нас ставит жирный крест, они ему закрыли въезд, и в паспорте стоит отметка».

Текст подготовлен Палиной Бродик на основе дискуссии с Александром Морозовым, прошедшей в Доме Свободной России 26 октября.

Получайте свежую аналитику, мнения и анонсы всех наших мероприятий в Telegram: https://t.me/freerussiahouse.

4