Live
Умланд: Каковы шансы большой сделки между Россией и Западом?

Предлагаем вашему вниманию вторую лекцию немецкого политолога Андреаса Умланда из цикла “Украина, Россия и Запад: исследования, интерпретации, спекуляции”. Тема второй лекции: «Множественный мир» в Восточной Европе? Каковы шансы большой сделки между Россией и Западом?”.

Андреас Умланд – немецкий политолог, эксперт Института Евро-Атлантического сотрудничества. Специалист по вопросам российского ультра-национализма и авторитаризма, сравнительной демократизации пост-советского пространства. Основатель и главный редактор книжной серии «Советские и постсоветские политики и общество».

 

Текстовая версия

Концепция «множественного мира» сейчас очень популярна на Западе и отчасти в России. И хотя данный термин звучит как нечто хорошее, в данном случае он означает, что допустимы множественные представления о ценностях. А именно – что мир может быть не только либеральным.

В либеральном мире все страны имеют одинаковые права. Это гарантирует суверенитет и территориальную целостность даже для маленьких стран, не имеющих ни оружия массового поражения, ни сильной армии. В ЕС и НАТО даже голоса всех членов равны.

Другой подход, соответственно, предполагает, что существуют некие «великие державы» (в данном случае, обладающие ядерным оружием), для которых все остальные страны представляют собой «зоны влияния» – подобное положение вещей существовало в годы «холодной войны».

В соответствии с этим, вторым принципом, становятся возможны представления о допустимости некой «большой сделки» между Западом и Россией о Восточной Европе. В качестве предмета такой сделки рассматривается прежде всего запрет на членство в ЕС для Украины, Молдовы и Грузии, а также запрет на членство в НАТО для Украины и Грузии (внеблоковый статус Молдовы закреплен на уровне конституции страны).

Разумеется, западные приверженцы концепции «множественного мира» сами считают, что стремиться необходимо именно к воплощению либеральной модели – однако, в реальности ради сохранения мира (например, на Донбассе) иногда приходится отступать. И в данном случае мир оказывается важнее и либеральных принципов, и прав наций на вступление в те или иные альянсы.

Данный подход также называется диссоциацией – что означает разделение. Разделять предполагается ценностные и практические вопросы и, соответственно, разные сферы взаимодействия в Россией. Так, с одной стороны, Запад сохраняет в отношении России санкции за Крым и Донбасс, с другой – продолжает сотрудничать с ней в других областях; и продолжающийся конфликт ценностей не обременяет отношения между Западом и Россией в целом. Такой же порядок действовал в период «холодной войны» между СССР и США.

Что же можно противопоставить концепции «большой сделки» с Россией?

В Украине наиболее популярны два аргумента – моралистический и цивилизационный.

Моралистический аргумент также можно назвать «манихейским», поскольку он представляет конфликт между Западом и Россией как фундаментальный конфликт добра и зла. Согласно этому аргументу, Западу необходимо поддерживать Украину потому, что она находится «на правильной стороне». Однако, далеко не всегда европейские политики склонны исходить из таких принципов. И эта ситуация становится понятной, если учесть, что многие не видят ничего страшного в том, что Украина ведет торговлю с Китаем. Между тем, Китай аннексировал Тибет и регулярно нарушает там права человека. Для многих же жителей Западной Европы Донбасс находится так же далеко, как и Тибет, а потому и их эмоции по поводу данного конфликта ограничиваются абстрактным сожалением.

Цивилизационный аргумент заключается в том, что украинцы защищают на Донбассе Европу от восточного варварства, т.е. борются не просто за свою независимость, но за европейские ценности и за будущее Европы. И последние годы действительно подтвердили, что Россия агрессивна не только в отношении посткоммунистических стран. Но этот аргумент, равным образом будучи правильным, также не воспринимается. В Европе многие считают, что Россия агрессивна исключительно из-за расширения ЕС и НАТО на страны Восточной Европы.

Между тем, возможны такие аргументы, которые будут более понятны для западных стран.

  1. Первый аргумент связан с собственным интересом ЕС и НАТО.

Так, в соответствии с Соглашением Европейского союза 1992 года, в организацию может быть принята любая европейская страна, соблюдающая принципы ЕС. Украина и Молдова – европейские страны и географически, и культурно, Грузия – по крайней мере, культурно. Конечно, на данный момент эти три страны слишком далеки от стандартов ЕС. Однако, заявив, что принципиально не допустит вступления этих стран, Евросоюз потеряет свое лицо – поскольку нарушит свои же основополагающие принципы.

Аналогичная ситуация складывается и в отношении НАТО: в заключительном документе Бухарестского саммита 2008 года заявляется, что Украина и Грузия станут членами альянса – хотя и не уточняется, когда именно. И отрицание этой декларации также приведет к потере лица.

  1. Другой аргумент связан с исторической устремленностью Украины в Европу. Прежде всего можно говорить о наличии ряда культурных и прочих связей: в частности, магдебургское городское право было принято в Украине многими городами (в т.ч. Киевом).

Вся же постсоветская история Украины проходила под знаком четкой европейской ориентации, начиная с Декларации о государственном суверенитете, принятой еще УССР в 1990 году (где говорится об «участии в общеевропейском процессе и европейских структурах»). В 2003 году членство в НАТО было официально обозначено в качестве приоритета в украинском законе «Об основах национальной безопасности» (который был принят при пророссийском президенте Кучме и премьере Януковиче). Из-за соглашения об ассоциации с ЕС, собственно, начался Евромайдан. А в 2014 году Верховная Рада поддержала это соглашение без единого голоса против (были только воздержавшиеся и не голосовавшие) – несмотря на то, что тогдашний состав украинского парламента был сформирован при президенте Януковиче, а самая большая фракция изначально принадлежала «Партии регионов».

Вообще, если смотреть в контексте Восточной Европы, то ЕС и НАТО расширялись вовсе не потому, что так хотело их руководство – как раз оно изначально реагировало отрицательно, поскольку каждый новый член порождает новые проблемы. Инициаторами расширения этих структур были именно восточноевропейские страны. В частности, представители их диаспор в США встречались по данному поводу с президентом Клинтоном, который был заинтересован в их голосах.

  1. Следующий аргумент связан с уже имеющимся опытом взаимоотношения постсоветских стран с Россией.

Так, договор между Россией и Молдовой о выводе российских войск был заключен в 1994 году. Выполняя свою часть соглашения, Молдова внесла в конституцию положение о внеблоковом статусе страны. Российские же войска находятся там до сих пор (хотя на Стамбульском саммите ОБСЕ 1999 года их вывод вторично был обещан к 2002 году).

Равным образом, после мирного соглашения с Грузией 2008 года Россия обещала вывести свои войска из Абхазии и Южной Осетии – и точно так же не выполнила это обещание.

Наиболее яркий пример связан с нарушением территориальной целостности Украины в 2014 году, хотя ранее ее границы были признаны Россией в ряде документов, начиная с Беловежского соглашения 1991 года, далее следовали Будапештский меморандум (1994), Договор о дружбе, партнерстве и сотрудничестве с Украиной (1997) и Договор о российско-украинской границе (2003).

Таким образом, ряд договоров, подписанных и даже сформулированных Россией фактически ей не соблюдались.

При этом, западные страны еще тогда начали разделять разные аспекты отношений с Россией. В 2001 году Путина приглашали выступать в Бундестаге, где он говорил о европейских ценностях – в то время как российские войска продолжали стоять в Приднестровье. В 2009 году, когда уже стало ясно, что Россия не соблюдает договор по Грузии, ЕС начинает реализовывать с ней программу «Партнерство для модернизации». Видимо, Евросоюз питал надежду, что в ходе модернизации в России появится образованное городское население, что в перспективе, возможно, приведет к появлению новых ценностей.

Также следует заметить, что вряд ли Россия согласится на возврат Крыма в обмен на гарантии невступления Украины в НАТО и ЕС.

  1. Еще один серьезный аргумент связан с режимом нераспространения ядерного оружия. В 2014 году Россия смогла нарушить территориальную целостность Украины, в т.ч. и потому, что обладание ядерным оружием сделало ее действия фактически безнаказанными, хотя этим она нарушила подписанный СССР «Договор о нераспространении ядерного оружия», в котором обязалась соблюдать территориальную целостность других стран. Если после этого Запад будет противиться вступлению Украины в НАТО, он не только фактически поддержит действия России, но и спровоцирует приобретение ядерного оружия теми странами, которые хотели бы вступить в ЕС и НАТО (или хотя бы не бояться российской агрессии).

Именно эти аргументы помогут больше, нежели используемые сейчас Украиной моралистический и цивилизационный.

 

Текстовую версию подготовил Алексей Голубков.