Кирилл Рогов

Политический аналитик

Новый «Государь»: недемократический транзит власти на постсоветском пространстве

Согласно действующей конституции Владимир Путин не сможет избираться президентом России в 2024 г. Норма, ограничивающая пребывание одного и того же лица в должности президента двумя сроками подряд, появилась еще в обновленной конституции РСФСР в 1991 г., была закреплена конституцией 1993 г. и в течение двух президентских конституционных каденций – ельцинской (1991 – 2000) и первой путинской (2000 – 2008) была соблюдена. Позднее, во время президентства Медведева (2008 – 2012) президентский срок был увеличен до 6 лет; полная, вторая путинская каденция должна составить 12 лет и закончится в 2024 г. Что будет потом?

Выборы Путина в 2012 г. проходили в нервной обстановке массовых протестов, поводом которых стали масштабные фальсификации на парламентских выборах 2011 г. и недовольство части общества перспективой возвращения Владимира Путина в Кремль. Эти протесты, вкупе с революцией в Украине 2014-го г., во многом определили эволюцию путинского режима в 2010е гг. К 2018 г. – к новым президентским выборам – российский авторитаризм выглядел гораздо более консолидированным, Путин получил по официальным данным, 77% голосов при явке 67.5%, что составляет более половины от всех зарегистрированных избирателей (51,8%). Именно такую цель ставила перед выборами президентская администрация. Такой результат должен обеспечить Путину своего рода сверхлегитимность: он является не просто избранным в рамках действующих конституции и законов главой государства, но благодаря внушительности своей победы, ее плебисцитарному характеру может претендовать на легитимность, соперничающую с конституционной.

19 марта этого года занимавший пост главы Республики Казахстан в течение 30 лет (еще с советских времен) Нурсултан Назарбаев заявил о своей отставке, позднее кандидатом в президенты от правящей партии он объявил Касым-Жомарта Токаева, занимавшего пост председателя Сената. Выборы пройдут 9 июня и ни у кого нет сомнения в их исходе. При этом сам Назарбаев останется пожизненно председателем Совета безопасности Казахстана и лидером правящей партии «Нур Отан», сохранив за собой таким образом часть полномочий и политических рычагов.

В демократических режимах переход власти подчинен жесткой процедуре, в которую крайне редко вносятся изменения, права собственности в целом защищены законом, а решение о том, кто возглавит исполнительную власть или войдет в исполнительную коалицию принимают избиратели. В недемократических электоральных режимах процедура, права собственности и даже результаты голосования в гораздо большей степени зависят от произвола исполнителя. Несменяемость власти, ее сохранение в руках той же исполнительной коалиции поэтому, как правило, становится здесь одним из главных целеполаганий режима; эта цель во многом определяет логику его эволюции, тактических и кадровых решений. Как правило, несменяемость достигается за счет манипулирования волеизъявлением избирателей, однако бывают моменты, когда исполнительная коалиция сталкивается с более серьезным вызовом – смерть (недееспособность) главы коалиции или конституционные ограничения, не позволяющие ему дольше оставаться в офисе. Такая ситуация является своего рода крэш-тестом для недемократического режима. То, как справляется или не справляется режим с подобным вызовом, обнажает реальный вес и значимость тех или иных его институтов, реальный баланс сил в обществе и элитах, и в целом – фундаментальные характеристики данной политии и действующие в ней базовые ограничения.

В настоящем тексте мы намерены, в первой части, рассмотреть кейсы недемократической передачи власти на постсоветском пространстве, а во второй – более подробно обсудить механизмы начавшегося транзита власти в Казахстане и возможные сценарии такого транзита в России.

Скачать PDF

18