Александр Морозов

Политолог, публицист

Игра Москвы вокруг морских коммуникаций становится все опасней

Уже семь месяцев российские власти держат в заключении украинских моряков. Во многих странах мира идут общественные кампании за их немедленное освобождение. В Москве уже несколько месяцев проводится серия одиночных пикетов у Администрации Президента с требованием освободить моряков, обменять «всех на всех».

Международный трибунал по морскому праву обязал Россию вернуть Украине три военных корабля и 24 моряка, задержанных в Керченском проливе. Срок исполнения этого решения истек 25 июня. В соответствии с Конвенцией по морскому праву, все военные суда и их экипажи пользуются иммунитетом, не могут быть осуждены, не могут пребывать в пенитенциарных учреждениях, к ним не могут применяться законы другой страны.

Но Кремль демонстративно игнорирует и Конвенцию ООН по морскому праву, принятую в 1982 году, и решение международного трибунала.

Вместо немедленного освобождения моряков после инцидента в Керченском проливе, через семь месяцев началось предъявление им обвинения. Один из защитников украинских моряков, адвокат Николай Полозов сообщил о том, что следствие предъявит окончательное обвинение до 9 июля.

Зачем Кремль пошел на такое обострение ситуации в Керченском проливе?

Сам этот эпизод ясно читается, как намерение установить односторонний контроль над Азовским и Черным морями.

Кремль блокирует пересмотр квот по отлову рыбы в Азовском море, ФСБ и Росгвардия захватывают украинских рыбаков. Москва незаконно требует от других стран получать разрешение на проход, требует, чтобы на иностранных судах присутствовали российские лоцманы.

Российская военная операция в Сирии создает дополнительный контекст. Севастополь играет важную роль в доставке военных грузов в Средиземноморье. Усиливается милитаризация Крымского полуострова в целом.

Одновременно все чаще фиксируются эпизоды, когда российские военные самолеты и корабли вдали от границ РФ совершают провокационные действия, создающие опасность для морских путей сообщения. Два недавних эпизода произошли в начале июня: угрожающий маневр российского противолодочного корабля «Адмирал Виноградов» в отношении корабля 7-го флота США в Филлипинском море и опасный перехват российским СУ-35 американского противолодочного самолета над Средиземным морем.

В публичной риторике официальные лица Кремля подчеркивают готовность сотрудничества с международными институтами, выражают готовность следовать нормам права и призывают к этому других. Однако ситуация с украинскими военными моряками, игнорирование норм морского права и решений суда в Гамбурге говорит о том, что Москва действует так, как будто намерена взломать всю международную систему, сложившуюся после Второй мировой войны.

Эта двойная игра все больше расходится с тем высоким статусом, которым располагает Россия, как постоянный член Совета Безопасности ООН.

На этом фоне борьба за освобождение украинских моряков — это важные усилия по деэскалации, а исход этого конфликта имеет значение для всех стран G20.

Украина настаивает не только на освобождении моряков, но и на том, чтобы признать Керченский пролив международным. По мнению Киева, это понизит опасность дальнейших столкновений.

В этой ситуации пора инициировать заседание Совета Безопасности ООН для принятия специальной резолюции по принуждению РФ к исполнению решения Международного Суда.

Необходимо поставить вопрос о введении ограничений против морской инфраструктуры российских трубопроводов, портов Азова, а также учреждений, которые обеспечивают сертификацию иностранных судов с их последующей регистрацией «под флаг» РФ, и предоставляют услуги иностранным операторам для коммуникации с закрытыми портами Крыма.

Венская конвенция 1969 г. (статья 60) и Устав ООН (ст.51) дают основания Украине приостановить или полностью расторгнуть договор между РФ и Украиной 2003 года и установить 24-мильную прилегающую зону и заявить о ширине своей морской зоны и континентального шельфа.

В таком случае пространства Азовского моря за границей территориальных вод обретут статус вод открытого моря, а Керченский пролив в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву (часть 3) будет иметь статус пролива, который используется для международного судоходства.

Если Москва собирается судить военных моряков в нарушении международных норм, то  ответом на это должно быть требование закрыть представительства и филиалы Российского морского регистра судоходства (РМСР) и Российского речного регистра (РРР) на территории Европы и рекомендации от имени полномочных органов ЕС к европейским судовладельцам, операторам и страховым компаниям избегать сотрудничества c Регистрам России при осуществлении морской деятельности.

Не надо забывать, что Россия незаконно захватила и поставила на классификационный учет украинские суда «Петро Годованец», «Украина», «Центавр», «Сиваш», «Федор Урюпин» и эксплуатирует их. Международная морская организация при ООН (IMO) не должна игнорировать эти  демонстративные и грубые нарушения Россией международного права. Эти пиратские действия России противоречат ее высокому статусу в Совете IMO. Украина будет ставить вопрос о том, чтобы действие этого статуса было приостановлено.

Международные организации, контролирующие выполнение норм морского права, должны добиться от России освобождения украинских военных моряков, прекращения пиратских действий в отношении гражданских судов и остановить новые шаги Москвы, направленные на то, чтобы сделать Азовское море закрытым.

38