Федор Крашенинников

Российский политолог, публицист и общественный деятель

Репрессии – основное содержание внутренней политики Путина

Все последние годы Россия живет в режиме постоянных политических репрессий. Они становятся тем более масштабными, чем хуже идут дела у Путина во внутренней и внешней политике.

Точечные репрессии против оппозиционеров идут постоянно все последние годы. Но их размах стал особенно заметен в 2021 году, когда зимние акции протеста в поддержку арестованного лидера оппозиции Алексея Навального привели к одновременным задержаниям более десяти тысяч людей по всей стране. Только уголовных дел по итогам протестов возбуждено более 90, а счет подвергшихся административным наказаниям идет на тысячи. Даже спустя месяцы после январских акций их участников продолжают обыскивать, вызывать для допросов в полицию, помещать под арест.

Репрессии сопровождаются информированием о них, что по сути является сознательным запугиванием населения. Об этом надо помнить, оценивая массовость и размах любых будущих протестов в России. Недовольных происходящим в стране гораздо больше, чем выходящих на улицы, но не каждый готов поставить под угрозу свою свободу, здоровье и благосостояние ради возможности выразить отношение к режиму и едва ли можно за это кого-то винить.

Не стоит думать, что репрессии являются реакцией власти на протесты. Нынешнее усиление политических репрессий началось еще в прошлом году, то есть примерно за год-полтора до начала кампании по выборам в Государственную Думу. Январские протесты как раз и были спровоцированы репрессивной политикой власти, столь наглядно продемонстрированной историей с попыткой убийства, последующим арестом и осуждением Алексея Навального.

Цель усилий власти вполне очевидна: сделать невозможным участие самых активных и известных своих критиков в будущих выборах из-за уголовных дел, вынужденной эмиграции или страха. К сожалению, в некоторых случаях давление власти оказалось чрезмерным и привело к трагедиям: журналистка и активиста из Нижнего Новгорода Ирина Славина не выдержала издевательств и устроила самосожжение перед зданием управления полиции после очередного обыска.

Попытка отравления Алексея Навального, а точнее – выбранное для этого время, тоже легко объясняются предвыборным календарем. Несмотря на то, что Навальный давно уже раздражал Кремль, именно его нескрываемая подготовка к будущим выборам заставила власть предпринять решительные меры. Нельзя не вспомнить, что Борис Немцов был убит за полтора года до выборов в Государственную Думу 2016 года. И вполне понятно почему: если бы он дожил до них, оппозиция могла бы организованно выступить на них и скорее всего прошла бы в парламент. Все это заставляет делать вывод, что и убийство Бориса Немцова, и попытка убить Алексея Навального, и многие другие расправы – это не случайности, а планомерная политика Путина и его команды по силовому устранению своих оппонентов накануне важных для режима голосований.

Казалось бы, у Путина нет причин бояться выборов – ведь их проводит сама власть и российская выборная система давно известна как нечестная и непрозрачная, но у любых фальсификаций есть предел.

Электоральная база Владимира Путина сокращается, рейтинг его партии «Единая Россия» постоянно падает. Полностью лояльной Путину остается примерно треть или может быть уже и четверть населения: бенефициары режима, силовики, чиновники, государственные служащие, сотрудники государственных и олигархических компаний, члены их семей и значительная часть представителей старшего поколения.

К этой категории примыкает та часть российского общества, которую можно назвать конформистами. Они не столько поддерживают лично Путина и его режим, сколько власть как таковую. Но эти люди социально пассивны и чтобы зафиксировать их поддержку на выборах, власти приходится прилагать значительные мобилизационные усилия, подкупать и запугивать.

Еще примерно треть населения уже сейчас относится к Путину и его режиму отрицательно или неодобрительно, и в нее прежде всего входят молодые жители крупных городов, предприниматели, образованные и критически мыслящие люди всех возрастов.

Предлагаемая схема хоть и является упрощенной, но в целом дает представление о том, зачем Путину нужны репрессии и почему они будут только усиливаться.

Во-первых, ему необходимо максимально деморализовать и запугать своих критиков и оппонентов, а также всех тех граждан, которые уже активно выступают против его политики и его лично. Поэтому перед любым важным голосованием давление на этот сегмент общества возрастает, чтоб минимизировать риск протестного голосования.

Во-вторых, политические убийства, систематическая травля недовольных властью в СМИ, уличное насилие, административное и уголовное преследования должны сделать их маргиналами в глазах остального общества. Обыватели должны каждый день убеждаться, что даже если все вокруг им не нравится, лучше терпеть, потому что иначе и их тоже ждут обыски, суды, тюрьмы, безработица и нищета. Кроме того, периодически под каток репрессий попадают случайные люди, что можно считать вполне сознательной политикой власти. Так граждан России подводят к мысли, что даже случайное нахождение рядом с протестующими или подозрение в симпатии к ним способно испортить жизнь, а потому лучше держаться от всего этого подальше и даже в интернете избегать любого оппозиционного контента.

В-третьих, репрессии против оппозиции остаются едва ли не единственными доказательствами силы и решимости власти, которые она может продемонстрировать своим сторонникам. Отсюда и показательные расправы над «врагами» за пределами России, подаваемые пропагандой как доказательства безграничной решимости Путина, для которой не существует международного права.

Трудно представить, с помощью каких мер Владимиру Путину удалось бы вернуть себе популярность среди всех слоев населения России. Зато вполне очевидно, что время работает против него: на фоне общей усталости людей от его затянувшегося сверх всякой меры пребывания у власти нарастают экономические, социальные и инфраструктурные проблемы России, усугубленные пандемией коронавируса.

Сам Путин и его ближайшее окружение вполне осознают, что никакой мобилизующей население идеологии у них нет, как нет и средств на его подкуп с помощью постоянно увеличивающихся выплат. Есть только разросшийся и хорошо финансируемый карательный аппарат, готовый исполнять любые, даже откровенно преступные, приказы. Поэтому репрессии используются путинским режимом все активнее и становятся все масштабнее. К сожалению, ожидать можно только усиление этой тенденции, ведь никаких других способов сохранять власть в своих руках у Путина попросту нет.